Фестский диск

Что нашли

3 июля 1908 года при раскопках минойского дворца в Фесте на южном побережье Крита итальянская экспедиция обнаружила обожжённый глиняный диск диаметром около шестнадцати сантиметров.

С обеих сторон по спирали от края к центру шли знаки — 241 штука, из них 45 различных. Вертикальные линии делили текст на группы.

Знаки изобразительные и узнаваемые: человеческие фигуры, голова в уборе из перьев, рыба, птица, судно, щит, растение.

Что делает диск уникальным

Не сюжет и не загадочность, а технология.

Знаки не вырезаны. Они оттиснуты — каждый нанесён отдельным штампом по сырой глине, после чего диск обожгли.

Это означает, что существовал комплект из сорока пяти печатей, которыми можно было набирать произвольный текст.

Иными словами, перед нами древнейший известный случай применения наборного принципа — того самого, который в Европе появится снова только в XV веке с книгопечатанием.

И вот здесь возникает настоящий вопрос, куда более интересный, чем содержание надписи.

Странность, о которой мало говорят

Комплект штампов — не одноразовое приспособление. Его дорого изготовить и имеет смысл делать только для многократного использования: для серии документов, для тиража.

Значит, должны были быть другие оттиснутые тексты.

Их нет. Ни одного. За сто с лишним лет раскопок на Крите не найдено ни второго диска, ни таблички, оттиснутой теми же штампами, ни самих штампов.

Это самая необъяснимая деталь всей истории. Технология, требующая серийности, представлена единственным экземпляром.

Возможные объяснения: остальные документы не сохранились (глина без обжига разрушается легко), диск был единичным ритуальным предметом, штампы привезены извне. Ни одно не проверяемо.

Почему его не прочтут

Стоит объяснить прямо, потому что объявления о расшифровке появляются регулярно.

Дешифровка неизвестного письма требует одного из трёх:

Билингва. Тот же текст, записанный известным письмом. Так прочли египетские иероглифы — по Розеттскому камню. Для Фестского диска билингвы нет.

Известный язык. Если угадать, какой язык записан, можно проверить гипотезу. Так Майкл Вентрис прочёл линейное письмо Б, предположив греческий. Здесь язык неизвестен, и даже неизвестно, минойский ли он.

Объём. При достаточно длинном тексте работает статистика: частоты знаков, позиционные закономерности, повторы. Здесь 241 знак — это несколько строк.

Ни одного из трёх условий нет. Отсюда простой вывод: если не найдётся билингва или большой корпус текстов той же системы, диск останется непрочитанным.

Это не пессимизм, а арифметика. Информации в 241 знаке недостаточно, чтобы однозначно восстановить систему из 45 знаков и неизвестного языка.

Про объявления о расшифровке

Их было много, и появляются новые. Проверка та же, что и для рукописи Войнича:

Ключ должен работать на новом материале и в чужих руках.

Настоящая дешифровка воспроизводима: другой исследователь, применив тот же метод, получает тот же результат. Так работали с линейным письмом Б — после Вентриса чтение подтвердилось на новых табличках, найденных позже.

Ни одна из предложенных расшифровок Фестского диска этого не выдерживает. Впрочем, при таком объёме текста это и не удивительно: проверить чтение просто не на чем.

Про версию подделки

Она существует и была высказана публично, поэтому упомянем.

Аргументы: уникальность предмета, отсутствие аналогов, обстоятельства находки. Контраргументы: версия требует предположения о подлоге со стороны участников раскопок, для чего нет оснований, а сама находка задокументирована.

Решить вопрос могло бы термолюминесцентное датирование — метод, определяющий время последнего обжига керамики. Оно не проводилось, поскольку требует отбора материала, а повреждать предмет музей не готов.

Таким образом, версия остаётся на уровне сомнения, не подкреплённого и не опровергнутого.