Нострадамус

Чем этот случай отличается

У большинства пророков проблема одна и та же: тексты появляются после событий. Ванга ничего не записывала, мемуары Мессинга вышли через двадцать лет.

С Нострадамусом иначе, и это делает его случай ценным.

«Les Prophéties» изданы в 1555 году. Издание существует, экземпляры сохранились, датировка бесспорна. Тексты действительно предшествуют всему, что им приписывают.

То есть здесь можно проверить по существу: предсказал или нет.

Как устроен текст

Катрен — четверостишие. Их около тысячи, сгруппированных в «центурии» по сто.

Написаны они так:

• на смеси языков — французский вперемешку с латынью, провансальским, греческим, итальянским;
• без дат. Практически ни в одном катрене не указано, когда описанное произойдёт. Известное исключение — катрен X.72 с 1999 годом;
• без имён. Вместо имён — прозвища, аллегории, анаграммы: «молодой лев», «великий Нептун», «птица хищная»;
• без порядка. Катрены не выстроены хронологически и не связаны между собой.

Прибавьте архаизмы XVI века и намеренную тёмность стиля.

Почему это важно

Соедините свойства текста: нет дат, нет имён, нет порядка, язык допускает разные прочтения, и таких четверостиший около тысячи.

Получается инструмент, который может «предсказать» что угодно — но только после того, как это произошло.

Механизм простой. Случается событие. Толкователь просматривает тысячу катренов и ищет тот, чьи образы можно приложить. При тысяче текстов, каждый из которых допускает несколько прочтений, подходящий найдётся всегда.

Затем катрен объявляется предсказанием, и выглядит это убедительно, потому что текст-то действительно старый.

Проверка, которую никто не проходит

Есть безошибочный способ отличить пророчество от подгонки: предъявить толкование до события.

За четыреста семьдесят лет с момента издания «Пророчеств» этого не произошло ни разу.

Ни один толкователь Нострадамуса не объявил заранее: катрен такой-то относится к событию, которое произойдёт тогда-то. Все без исключения отождествления сделаны после.

Это исчерпывающий результат. Если текст предсказывает будущее, он должен позволять предсказать будущее. Он не позволяет.

Разбор одного примера

Возьмём самый знаменитый случай — гибель Генриха II.

В 1559 году на турнире копьё графа Монтгомери прошло сквозь забрало королевского шлема и поразило Генриха II в глаз; через десять дней король умер.

Катрен I.35 говорит о «молодом льве», который одолеет «старого» на поле боя, о «золотой клетке» и о двух ранах, ведущих к «жестокой смерти».

Соответствие выглядит поразительным: шлем — «золотая клетка», глаз — рана, турнир — поединок.

Проблемы:

• толкование появилось после 1559 года. До турнира катрен ни с чем не связывали;
• «старому льву» было 40 лет. Монтгомери был лишь на несколько лет моложе, так что оппозиция «молодой — старый» натянута;
• «золотая клетка» становится шлемом только потому, что мы уже знаем про шлем.

Это стандартная схема. Из образов текста выбираются те, что подходят, остальные объявляются иносказанием.

Гистер

Отдельно про самое популярное «попадание».

В нескольких катренах встречается слово Hister, и в XX веке его начали читать как искажённое «Гитлер».

Hister — латинское название нижнего течения Дуная, обычное в географических сочинениях XVI века. Нострадамус, писавший на латинизированном языке и хорошо знавший географию, употребляет его как топоним, наряду с другими реками.

Прочтение как имени собственного возникло только после того, как появилось само имя.

Кем он был на самом деле

За вычетом мифологии остаётся любопытная фигура: врач эпохи Возрождения, работавший во время эпидемий чумы, аптекарь, автор трактата о косметике и варенье, астролог при дворе Екатерины Медичи.

И — что важно для понимания — успешный издатель альманахов. Ежегодные астрологические предсказания были коммерчески выгодным жанром XVI века, и Нострадамус в нём преуспел.

«Пророчества» стоит читать в этом контексте: как явление книжного рынка своего времени, написанное человеком, который прекрасно понимал, что тёмный текст продаётся лучше ясного.