Приметы про комнатные цветы и «мужегоны»

Примета, которая себя выдаёт

Есть способ определить возраст поверья, не имея ни одной записи: посмотреть, о чём оно говорит.

Примета не может быть старше своего предмета.

Теперь список «мужегонов»: плющ, монстера, кактус, сансевьера, диффенбахия.

Монстера — тропическая Америка. Сансевьера — Африка и Южная Азия. Диффенбахия — тропическая Америка. Кактусы — Америка.

Ни одного из этих растений в русской избе не было и быть не могло. Комнатное цветоводство в нынешнем виде — явление XIX–XX веков, а массовым в России стало и вовсе в советское время, вместе с городскими квартирами, широкими подоконниками и центральным отоплением.

Следовательно, примете самое большее около столетия, а вероятнее — меньше.

Это тот же приём датировки, который применялся к примете об упавшей вилке (вилка вошла в обиход поздно) и к белому свадебному платью (мода 1840 года). Предмет ставит верхнюю границу.

Что было в избе

Для контраста: русская изба комнатных растений в современном смысле не знала.

Причины прозаические. Маленькие окна, часто затянутые не стеклом. Холод у окна зимой. Отсутствие свободных ёмкостей и свободного времени. И главное — отсутствие самого понятия «растение для красоты» в хозяйстве, где всякий предмет имел назначение.

Растения появляются в доме позже, и сначала прикладные: герань (запах, отпугивала насекомых), алоэ (лечебное), позднее фикус — уже как признак достатка и мещанского уюта.

Так что весь массив «народных примет о комнатных цветах» — поздний по определению.

Откуда взялось поверье

Прямых данных нет, но правдоподобное соображение есть, и оно бытовое.

Посмотрите, что объединяет мужегонов ботанически. Ничего: разные семейства, разные континенты, разные условия.

А теперь посмотрите, что объединяет их в квартире:

Плющ — разрастается, лезет по стенам, оплетает всё вокруг, требует опор. Монстера — становится огромной, занимает угол комнаты целиком. Кактус — колется, стоит на подоконнике годами без событий. Сансевьера — разрастается вширь, вылезает из горшка. Диффенбахия — крупная, требовательная, ядовитая.

Общее свойство: занимают место и требуют внимания.

Отсюда правдоподобная реконструкция: поверье описывает не судьбу, а бытовой конфликт. Растение, захватившее комнату, — предмет спора. «Мужегон» может быть всего лишь окаменевшим воспоминанием о том, что кому-то в доме эти заросли мешали.

Подчеркнём: это предположение, а не установленный факт. Но оно объясняет странный на вид список лучше, чем энергетика.

Что действительно стоит знать

Из всего поверья извлекается один пункт, и он не про личную жизнь.

Диффенбахия ядовита. Её сок вызывает раздражение кожи и слизистых; при попадании в рот — отёк и боль. Это установленный факт, к примете отношения не имеющий.

Практический вывод для тех, у кого маленькие дети или животные: диффенбахию лучше ставить недоступно или не держать. То же относится к ряду других популярных комнатных растений.

Ирония в том, что народное поверье назвало диффенбахию опасной — и оказалось право, но по совершенно другой причине и с совершенно другими последствиями. Оно предупреждает женщину о личной жизни вместо того, чтобы предупредить родителя о ребёнке.

Ещё один слой

К поверьям о цветах в 1990-е добавился новый пласт: расположение растений по сторонам света, «денежное дерево» как приманка достатка, растения-вампиры, забирающие энергию.

Возраст — тот же, что у красной нити и у фэншуй-правил для кошелька: около тридцати лет.

При этом в популярных статьях он подаётся вперемешку с «народными приметами», и различить на слух невозможно. Единственный надёжный способ — проверить, когда предмет приметы появился в русском доме.

Толстянка, которую называют денежным деревом, происходит из Южной Африки.