Японские приметы

Зачем сравнивать

Не ради экзотики. Сравнение с далёкой традицией — способ увидеть, что в своём своде случайно, а что обязательно.

Если примета есть и там и там, вероятно, за ней стоит нечто общее людям. Если только у нас — она выросла из конкретного быта.

Японский свод для этого удобен: контакт с русским минимален, а материал известен.

Числа

Главное отличие бросается в глаза сразу: японские приметы во многом построены на созвучиях.

Число четыре (си) избегается, потому что его чтение совпадает с чтением слова «смерть». Отсюда практика пропускать четвёрку в нумерации — в больничных палатах, в этажах, в наборах посуды, которые продаются по пять, а не по четыре.

Число девять (ку) избегается по сходной причине — созвучию со словом «страдание».

Сравните с числом тринадцать на Западе, разобранным отдельно. Там причина арифметическая: двенадцать делится на всё, тринадцать лишнее. Здесь причина чисто языковая.

Отсюда прямой вывод: суеверие о числах не универсально по механизму. Каждая традиция боится своего числа по своей причине — а значит, дело не в числах.

Почему созвучий так много

Японский язык богат омонимами: слогов немного, слов много, совпадений по звучанию масса.

Язык, в котором «четыре» звучит как «смерть», сам поставляет материал для примет. Русский язык устроен иначе, и созвучных примет у нас существенно меньше — хотя они есть: «пятак под пятку» у студентов, «платок — плакать», разобранные в своих статьях.

Вывод, который стоит записать: свод примет отражает устройство языка и быта, а не устройство мира.

Палочки

Два запрета, которые в Японии знают все.

Не втыкать палочки вертикально в рис. Так рис подают умершему на поминальном алтаре. Повторить этот жест за обычным столом — принести похороны в дом.

Не передавать пищу из палочек в палочки. Это повторяет обращение с костями после кремации.

Обратите внимание на устройство: оба запрета охраняют границу между поминальным и повседневным.

Теперь вспомните русское. Не есть с ножа. Не ставить пустую бутылку на стол. Не класть на стол посторонние вещи. Не садиться на угол.

И — прямее — обычаи, разобранные в статье о Радунице: поминальная еда, отдельная посуда, особый порядок.

Совпадает не форма, а принцип: то, что связано со смертью, не смешивают с обыденным. Это и есть общее людям, а не палочки и не бутылка.

Ногти ночью

Здесь совпадение почти дословное, и оно любопытно.

В Японии существует представление, что стричь ногти ночью нежелательно; распространённое объяснение связывает выражение с созвучием со словами о ранней смерти.

В России стричь ногти вечером тоже нельзя — об этом отдельная статья, и объяснения там свои: темнота, порез, отделяемая часть тела.

Две традиции, никак не связанные, пришли к одному запрету разными путями.

Соблазн сказать «значит, что-то в этом есть» велик, и поддаваться ему не надо. Гораздо вероятнее скучное: ночью при плохом свете резать ногти неудобно везде. Правило возникло дважды независимо, потому что дважды независимо возникла проблема, а объяснения каждая традиция придумала свои.

Это, кстати, хороший критерий для оценки совпадений: если совпадает правило, но расходятся объяснения — скорее всего, за правилом стоит быт, а не смысл.

Омикудзи

Практика, у которой в русской традиции прямого аналога нет, а функциональный есть.

В святилищах и храмах берут бумажное предсказание — омикудзи. Если выпало неблагоприятное, его принято привязать в специально отведённом месте, оставив там.

То есть у дурного предсказания есть процедура отмены.

Вот это уже настоящее совпадение, и по существу. Русский свод устроен точно так же: на каждый дурной знак есть обряд отмены — плюнуть через плечо, посмотреться в зеркало, бросить соль, вернуться и выйти заново.

Разобрано в статье о встречах в пути: система, где на каждый дурной знак есть ответ, — не система страха, а способ управления тревогой.

Японская практика делает это буквально: неприятное предсказание физически оставляют на месте и уходят без него.

Что из этого следует

Три вещи, и все про метод.

Числовые суеверия — языковые или арифметические. Универсального «плохого числа» нет.

Разделение поминального и повседневного — общее. Оно встречается везде и, по-видимому, отвечает чему-то настоящему в человеческом устройстве.

Обряд отмены — общее. Традиции, разделённые континентами, независимо изобрели способ снять дурной знак.

Первое говорит, что приметы произвольны. Второе и третье — что произвольны не все. Различать эти случаи и есть занятие, ради которого весь этот раздел написан.