Христианские образы в народных заговорах

Что видно в текстах

Откройте любой сборник записей — и увидите в одном тексте несовместимое.

Богородица идёт по мосту и останавливает кровь. Апостолы сидят на Алатырь-камне посреди моря-океана. Текст начинается крестным знамением и заканчивается «аминь», а посередине обращается к заре-заряннице.

Соблазн объяснить это невежеством велик и неверен.

Почему это не путаница

Три обстоятельства говорят против объяснения через незнание.

Первое: сочетание устойчиво. Оно встречается не изредка, а в подавляющем большинстве записанного корпуса, в разных губерниях, у разных собирателей. Случайная путаница так не воспроизводится.

Второе: святые распределены по делу. К Флору и Лавру обращались в связи со скотом, прежде всего с лошадьми. К Власию — в связи с крупным рогатым скотом. К Георгию — в связи с защитой скота от зверя.

Это не хаос, а система соответствий, и она предполагает знание, а не его отсутствие.

Третье: тексты построены грамотно. Значительная часть заговоров построена по образцу молитвы: обращение, изложение, прошение, заключение. Так пишет не тот, кто не знает молитв.

Как это устроено

Наиболее экономное объяснение выглядит так.

Заговор — прикладной текст. Он предназначен решить задачу: остановить кровь, унять боль, вернуть скотину.

Для решения задачи привлекается всё, что считается действенным.

Христианские святые считались действенными — это очевидно для крещёного населения. Море-океан и Алатырь-камень тоже считались действенными, потому что так делалось всегда.

Отбирать между ними по богословскому признаку значило бы ослабить текст. А заговор не сочинение, он должен работать.

Отсюда: сочетание не есть смешение по ошибке. Это сложение сил.

Что говорит осторожность

Здесь необходима оговорка, потому что дальше начинаются реконструкции.

Распространено утверждение, что христианские образы механически заместили более ранних персонажей: где был громовик — стал Илья, где была богиня-пряха — стала Параскева.

Для отдельных случаев такое замещение предполагается исследователями и выглядит правдоподобно.

В общем виде оно не является установленным. Дохристианских текстов не сохранилось; сравнивать не с чем, и реконструкция ведётся назад по позднему материалу.

Механизм и время соединения образов — не документированы.

Позиция церкви

Её стоит изложить точно, потому что она сложнее, чем «запрещала».

Церковь на протяжении веков относила заговорную практику к суевериям и осуждала её.

При этом сама практика широко бытовала среди крещёного населения — и, судя по текстам, бытовала без ощущения конфликта.

В судебных делах XVII века заговорные тексты фигурируют как предмет разбирательства; часть изъятых текстов содержит христианские формулы.

То есть человек, у которого нашли заговор, нередко оказывался человеком, записавшим молитвенное по форме обращение.

Разграничение заговора и молитвы — предмет отдельной статьи, и оно оказывается далеко не очевидным.

Что из этого следует

Один вывод, применимый ко всему кластеру.

Не следует считать носителей традиции наивными. Люди, произносившие эти тексты, знали святцы, различали святых по назначению и строили обращения по образцу церковных.

Они не путали одно с другим. Они пользовались всем сразу — по тому же основанию, по какому больной принимает и назначенное врачом, и то, что посоветовала соседка.

Практический ум, а не путаница в голове.

Стоит добавить и оговорку в другую сторону. Из того, что практика была осмысленной, не следует, что она была действенной. Разобрано в статье о том, что такое заговор: система может быть внутренне связной и не работать.